Танк

Куплет 1
Эфир забит, в ушах сплошной метал,
Двадцатый дрон в «мангал» к нам прилетал.
Раскурочен в хлам, заварен стык на стык,
Но двигатель рычал, механик не поник.
Мы вышли в чисто поле, раз на раз,
С вражеской «семьдесят двойкой» в этот час.
Сошлись лоб в лоб, рванула сталь и дым,
«Мангал» разбит. Мы в башне все горим.

Припев
Дым в башне ест глаза, не продохнуть,
Заклинило, и нам не повернуть.
Подорвались на мине, треск брони,
Мы в этом танке больше не одни.
Водилу крепко вмяло в триплекс лбом,
Но мы пока еще в строю живом.

Куплет 2
«На выход!» — хрип по связи прозвучал,
Люк сорван. Мир под ноги закричал.
Кругом одна лишь грязь, сырая, злая,
Живым из пекла выползли мы все.
По-пластунски, в черном месиве земли,
Мы двести метров до лесополки ползли.
Сдирая кожу, в глине, как в клею,
У мертвых сосен встретили зарю.

Припев
Дым в башне ест глаза, не продохнуть,
Заклинило, и нам не повернуть.
Подорвались на мине, треск брони,
Мы в этом танке больше не одни.
Водилу крепко вмяло в триплекс лбом,
Но мы пока еще в строю живом.

Куплет 3
Ночь под корнём. Над лесом — тихий вой,
Висят «крылатые» над самой головой.
Но мы в промоине, в листве по брови,
Они не видят нас на черной крови.
Рассвет. Команда: «Рывок!», и мы — вперед,
Через открытое, убитое поле.
Земля вставала на дыбы от мин,
И каждый метр давался на троих один.

Бридж
Легли в воронку, сжав в зубах траву,
Еще чуть-чуть, на том мы берегу.
До бруствера — как тысячу веков,
Сквозь грязь, сквозь пот, сквозь двадцать мертвяков.

Припев (тише, затем громче)
Дым в башне ест глаза, не продохнуть,
Но мы смогли ту линию рвануть.
Подорвались на мине, треск брони,
Но мы оттуда выбрались одни.
Водилу крепко вмяло в триплекс лбом,
Мы доползли. Мы дышим. Мы живем.

Аутро
Последний рывок... И вот он, наш окоп.
«Земля! Свои!» — срывая с губ озноб.
Двадцать дронов, мины, вражий танк...
А мы дошли. Сквозь грязь. На божий страх.